Служба изучения общественного мнения «VP-T» продолжает определение первой сотни наиболее влиятельных российских политиков с указанием их рангового положения (с 1-го по 100-е) и среднего балла, фиксирующего «вес» каждого из них – как со знаком (положительным или отрицательным), так и без знака влияния на внутреннюю и внешнюю политику России.

В предварительный список для экспертной оценки, помимо имен политиков, признанных ведущими в сентябре этого года, были включены пятьдесят фамилий государственных и общественных деятелей, активно проявивших себя в октябре. Меру и знак их влиятельности, как всегда, определяли эксперты – руководители центральных средств массовой информации, известные политические обозреватели и политологи.

Для оценки использовалась 10-балльная шкала. Если тот или иной политик в минувшем месяце вообще не сыграл никакой роли, ему выставлялась нулевая оценка. На основании среднего балла – без знака и со знаком влияния – был составлен список российских политиков, оказавших в октябре, с точки зрения экспертов, наибольшее влияние на российскую политику.

Опрос проходил с 19 по 25 октября .

Только к середине октября политические обозреватели стали отмечать, что «долгий» сентябрь, с его трагическими событиями в Беслане (начавшимися, на самом деле, еще в конце августа – теракты приведшие к гибели пассажиров двух авиалайнеров), наконец-то закончился. Президент озвучил очередные инициативы, направленную на усиление властной вертикали – выборы в губернаторов местными законодательными собраниями с «подачи» президента и формированием Госдумы только по партийным спискам, – связав их с наступлением мирового терроризма. Упомянутые инициативы явно «домашняя заготовка», хотя нельзя сказать, что они не связаны с противодействием терроризму.

Итак, стратегия (или, по крайней мере, одна из стратегий) – усиление властной вертикали.

Экспертные оценки, на основе которых строится рейтинг ведущих политиков страны, не может, конечно, дать полновесный ответ на столь многогранную проблему. Не может, видимо, дать исчерпывающую информацию даже по одному какому-либо аспекту. Тем не менее, в силу того, что рейтинг представляет перечень персон, но не набор функций и иерархий (то есть, как принято говорить в социологии, список «живых» людей), то по нему, помимо иного прочего, можно судить о стилевых, имиджевых особенностях политического управления.

Есть выражение «свита делает короля». Однако к нынешнему «королю» – президенту Владимиру Путину – это утверждение как-то не очень подходит. У «самого» рейтинг стабильно высокий. Более того, чаще всего Путин выступает как лидер в «общем зачете», т.е. как без знака влияния, так и с оным. Правда, последние два месяца имеет место «сбой» – в сентябре президент не попал в десятку «героев», в октябре вновь в нее вошел – но в целом имидж президента непоколебим.

А вот у «свиты» с рейтингами далеко не все в порядке. Здесь следует выделить два момента.

Во-первых, у большей части, особенно у тех, кого относят к ближайшему окружению президента, рейтинги явно не дотягивают «до уровня». Причем даже у тех, кто занимает очень высокие государственные посты. Так, в частности, министр обороны Сергей Иванов далеко не всегда входит в первую десятку (правда, сегодня он на 7-м месте, на 5-м в сентябре). Председатель Государственной думы и лидер партии «Единая Россия» Борис Грызлов при удачном раскладе входит лишь в «двадцатку» (сегодня – на 18-м месте, 15-е в сентябре). Председатель Совета Федерации Сергей Миронов обычно располагается в 3-4-й десятке рейтинга (в этот раз он на 38-м месте, 34-е в сентябре) Полномочный представитель президента на Юге страны Дмитрий Козак, посланный с особой миссией в «горячую точку» – на 14-м (9-е в сентябре). Несколько предпочтительнее положение главы администрации президента Дмитрия Медведева – 6-е (ранее также 6-е). Хотя, если вспомнить его предшественника на этом посту Александра Волошина идущего, как правило, в рейтинге сразу вслед за президентом (73-75-е место в нынешнем месяце), то место Медведева в итоговом списке не покажется очень высоким. Абсолютно не публичными политиками являются члены администрации президента Игорь Сечин и Виктор Иванов, поэтому их 9-е и 20-е место (ранее 10-е и 18-е), соответственно, можно даже расценивать как своего рода достижение.

Совершенно иная ситуация с рейтингом члена администрации президента Владислава Суркова, который в октябре вновь поднялся на одну ступеньку вверх. Теперь он на 2-м месте – выше только президент. Сурков сегодня не только главный «партстроитель», но и претендент на место главного идеолога кремлевской команды. По крайней мере, его выступление в СМИ с разоблачением мировой террористической «закулисы» и «пятой колонны» внутри страны, явно говорит такого рода притязаниях. Заметим, однако, что Сурков достался Путину «по наследству» от команды прежнего президента.

Михаил Фрадков стал председателем правительства по предложению президента. Теперь по формальному статусу он второе лицо в государстве, но его рейтинг пока не столь высок или, по крайней мере, устойчив, как у его предшественника Михаила Касьянова (в этот раз экс-премьер не попал в «сотню»). В октябре Фрадков на 4-5-м месте (2-е в сентябре).

Особый случай с еще двумя «питерцами», представляющими экономический блок правительства и, как принято считать, локомотивами либеральных реформ, а именно: министром финансов Алексеем Кудриным и министром экономического развития и торговли Германом Грефом. У обоих рейтинги стабильно высокие, место в первой десятке для них является привычным. Сегодня Кудрин на 3-м месте (8-е в сентябре), Греф на 8-м (4-е). Владимир Путин оказывает обоим поддержку, защищая от критики, что порой выглядит даже несколько демонстративно. Тем не менее, постоянно всплывают вопросы о их политической лояльности президенту, а также правильности выбора стратегии в проведении курса эффективных рыночных реформ. Политические оппоненты связывают Кудрина и Грефа с Анатолием Чубайсом и Егором Гайдаром, считая последних истинными стратегами и вдохновителями радикального либерального курса реформ. Весьма возможно не без оснований. По крайней мере лидеры Союза правых сил Чубайс и Гайдар на партийных съездах однозначно приписывают себе авторство экономической политики проводимой правительством. Публичных же опровержений на такого рода заявления не было. Кстати, в октябре рейтинг главы РАО ЕЭС Анатолия Чубайса заметно подрос, он вновь вернулся в первую двадцатку (15-е место против 22-го).

Таким образом, близость к президенту сама по себе еще не гарантирует высокий рейтинг, даже при занятии высокого поста в государственной иерархии (правильнее говорить о самых высоких, поскольку речь идет об политическом Олимпе). И это отнюдь не вина президента. Более того, данное правило действует вопреки прилагаемым усилиям Путина. Получается, что не столько свита делает короля, сколько король – свиту.

И это было бы еще полдела, если бы речь шла только об кулуарной политике в рамках главным образом номенклатурных трансформаций. Стоит задать и другой вопрос, особенно с преддверии реформы выборов региональной власти: на авторитет каких политиков президент может опереться? Какая часть «свиты» (в данном случае неважно какого она происхождения: питерская или не питерская, избранная или назначенная) может делать из Путина «короля»? Этот вопрос и есть «во-вторых», поскольку далеко не у всех тех политиков, кто явно не обделен влиятельностью (высокий экспертный рейтинг) имеется позитивный имидж национального масштаба, так сказать «народно-массовый» (измеряемый результатами голосований, а также в ходе репрезентативных всероссийских опросов населения).

Не наша задача досконально сопоставлять результаты обоих типов рейтингов (поименное сопоставление невозможно; нетрудно представить, что получится, ежели прийти к обычным гражданам с анкетой, где указаны фамилии 150 политиков!). Тем не менее, посмотрев на экспертный рейтинг можно попытаться «на вскидку» определить: у кого из первых 20-30-50-ти политиков «народно-массовый рейтинг» может потянуть на общероссийскую значимость.

Несомненно, что таков рейтинг Владимира Путина. Видимо, без особых натяжек можно говорить об всероссийском авторитете патриарха Московского и Всея Руси Алексия II (4-5-е место в октябре, 7-е к сентябре). Знают в стране московского мэра Юрию Лужкова (12-е в октябре, 11-е к сентябре), хотя трудно говорить о его повсеместной поддержке населением. Позитивен в массах имидж министра «спасения» Сергей Шойгу (25-е). Достаточно известен, и в ряде регионов популярен, имидж президента Татарстана Минтимера Шаймиева (45-е). Нечто подобное можно предполагать у некоторых других региональных лидеров. В образованных слоях населения достаточно известны и популярны вице-премьер Александр Жуков (13-е место), уже упоминавшийся Дмитрий Козак. В тех же кругах известен генеральный прокурор Владимир Устинов (17-е место), хотя трудно сказать насколько он популярен.

Широко и давно известны в стране имена Анатолия Чубайса и Бориса Березовского (32-е место). В последние годы популярность приобрели губернатор Чукотки Роман Абрамович (11-е) и Министр здравоохранения и социального развития Михаил Зурабов (21-е), хотя вряд ли имидж четырех последних названных персон повсеместно положительно окрашен. Кстати, рейтинг Абрамовича в октябре заметно подрос (в сентябре он занимал 17-е место).

Особое место в «делании короля», т.е. общенационального лидера каковым по идее и по закону является президент страны, принадлежит партиям. В странах с устоявшейся демократией лидер партии победившей на выборах собственно и должен стать президентом. Однако, как известно, в России пока такая схема не работает. И вряд ли в полную силу заработает в ближайшие годы, хотя отмена мажоритарной составляющей при выборах в Госдуму, создает дополнительные возможности для этого. По-видимому на ближайших выборах в Госдуму, как и президентских выборах, решающую роль сыграет все же личностный фактор.

Пока же рейтинги лидеров партий таковы: «Единая Россия» Борис Грызлов – 18-е место, ЛДПР Владимир Жириновский – 39-е (ранее 51-52-е), «Родина» Дмитрий Рогозин – 43-е (ранее 36-е), КПРФ Геннадий Зюганов – 73-75-е (ранее 38-е). Не попали в «сотню» лидеры партий «Яблоко» Григорий Явлинский, СПС Борис Немцов и «Свободная Россия» Ирина Хакамада. За пределами ведущей сотни политиков остается и Сергей Глазьев, теперь уже не понятно к какой партии принадлежащий.

В заключение темы о властной вертикали несколько замечаний. Во-первых, в наиболее влиятельной сотне политиков явно мало таких, кто обладает позитивным общенациональным имиджем, способных в случае необходимости поддержать президента. Во-вторых, динамика коммуникаций в вертикали власти имеет несбалансированный характер: преимущественно Путин вынужден делиться авторитетом с нижестоящими, не получая достойной подпитки для своего имиджа снизу (получается, что наверх в большей степени делегируется ответственность). В-третьих, вертикаль недостаточно прозрачна в ключевом звене, а именно: в формировании экономической политики (кто ее все же определяет? имеется ли стратегия? и т.д.). Последнее по-видимому самое главное. Не имея стратегии на экономический прорыв можно бесконечно строить вертикаль власти без особых результатов, поскольку вертикаль должна строится под что-то, под интересы способные мобилизовать нечто более объемное, массовое, чем номенклатура.

Замечания по отдельным персонам.

Сотню ведущих политиков страны пополнили два министра: природных ресурсов Юрий Трутнев (55-е место) и транспорта Игорь Левитин (88-89-е). Также впервые в нее вошел заместитель председателя Совета Федерации недавно возглавивший комиссию по расследованию событий в Беслане Александр Торшин (70-е).

Бизнесмен Михаил Ходорковский откатился на 48-50-е место в рейтинге (против занимаемого ранее 32-го). В СМИ последнее время стало модным сопоставлять положение Ходорковского с его бывшим коллегой и даже партнером по бизнесу (слияние Юкоса и Сибнефти когда-то казалось делом решенным), а ныне почти антиподом в плане успешности, Абрамовичем. Пикантность ситуации в том, что в годовщину тюремного заключения Ходорковского рейтинги двух данных персон разошлись скачкообразно: 11-е против 48-50-го.

Взлет рейтингов имеет место у члена администрации президента Игоря Шувалова (27-е против 58-го), главы федерального ведомства по борьбе с наркобизнесом Виктора Черкесова (41-42-е против 74-75-шл), председателя Верховного суда Вячеслава Лебедева (48-50-е против 87-88-го) и министра образования Андрея Фурсенко (48-50-е против 76-77-го).

Своего рода рокировка произошла с двумя политиками представляющими Чеченскую республику: ведущую сотню политиков покинул президент Алу Алханов, в тоже время в «сотне» появился 1-й вице-премьер правительства Рамзан Кадыров (86-87-е место).

В октябре в ведущую сотню политиков, кроме уже упоминавшихся Юрия Трутнева, Александра Торшина, Рамзана Кадырова и Игоря Левитина, вошли Вячеслав Трубников, Андрей Костин, Алексей Улюкаев, Олег Морозов и Александр Лебедев. В тоже время «сотню», помимо уже называвшегося Алу Алханова, покинули Эдуард Россель, Михаил Швыдкой, Виктор Геращенко, Юрий Заостровцев, Илья Клебанов, Магомедали Магомедов, Татьяна Дьяченко и Анатолий Квашнин.

Максимально позитивный вклад в политику, согласно октябрьской экспертизе, внесли следующие десять государственных и общественных деятелей:

Из почетной десятки выбыли председатель Конституционного суда Валерий Зорькин, митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл, министр по чрезвычайным ситуациям Сергей Шойгу, председатель совета директоров НК «Юкос» Виктор Геращенко и депутат Государственной думы Владимир Васильев. Список «героев» пополнили заместитель председателя Совета Федерации Александр Торшин, председатель Верховного суда РФ Вячеслав Лебедев, министр иностранных дел Сергей Лавров, председатель Торгово-промышленной палаты Евгений Примаков и президент РФ Владимир Путин.

Наиболее сильное отрицательное влияние на политику России, с точки зрения участников экспертизы, оказывали следующие деятели:

По сравнению с сентябрем в списке «анти-героев» появились лидер ЛДПР Владимир Жириновский, председатель Госдумы Борис Грызлов, лидер КПРФ Геннадий Зюганов, бизнесмен Петр Авен и 1-й вице-премьер правительства Чечни Рамзан Кадыров. В тоже время из десятки выбыли советник бывшего президента РФ Татьяна Дьяченко, директор ФСБ Николай Патрушев, бывший президент РФ Борис Ельцин, министр внутренних сил Рашид Нургалиев и заместитель главы администрации президента РФ Владислав Сурков.

Александр Комозин

27 октября 2004 г.

Приложение

Имена политиков, включенных в список для оценки,
но не вошедших в первую сотню:

Приложение 2

2. Политологи