Цитата из заметки портала «Советник»:
… «В первой декаде марта состоится первая Студенческая PR-неделя в России.
Студенческая PR-неделя охватит такие города, как Москва, Санкт-Петербург, Архангельск, Нижний Новгород, Волгоград, Саратов, Казань, Екатеринбург, Новосибирск, Пермь, Тюмень, Томск, Красноярск.
(Названия городов указаны условно и могут изменяться)»…

…Уже потом, когда я узнала, что в Красноярске-Новосибирске-Томске никакой такой PR-недели может и не быть, я в полном объеме поняла смысл последней фразы в скобках из заметки в «Советнике». Первые слухи поползли по факультетам вузов, проваливших организацию. «Какая неделя? Не в курсе», - со спокойным удивлением отвечает мне на ходу всегда деловой-занятой декан. Позже выяснилась причина и оказалась проста, как белый день: не нашли пяти тысяч. Но это пол беды. Вторая половина заключается в том, что «всем всё равно, и никому нет дела». Еще не поздно поискать спонсора. Но как это ни странно, руководители вузов, имеющих специальности «связи с общественностью», отказались поддержать инициативу местных представителей оргкомитета этого всероссийского мероприятия, мотивируя свои отказы «отсутствием времени на то, чтобы заниматься такими делами». Таким образом, весь огромный объем работ по организации мероприятий «Студенческой PR-недели», в общей значимости которых нет сомнений ни у кого, был полностью оставлен самим инициаторам. Студентам о том, что мероприятия под угрозой срыва, стало известно, как это обычно бывает в кислых корпорации, после того, когда информация уже «набродившись» вдоволь, с ленивой осторожностью начала спускаться «сверху».

Первые мысли никак не шли на ум в объяснение происходящего: в чем проблема? Наше образование, или наши студенты, или наша отдаленность от западных регионов - кто или что виноват? Обессилив наконец от моральной тяжести навалившихся дум, я решила поискать выход. Среди моих коллег-сокурсников мало кто был удивлен провалу: «Или это не обычная практика у нас?» Да, но хорошо мы об этом узнали сейчас, еще можем успеть и сами что-нибудь предпринять. Например, организуем группу представителей из студентов, проведем переговоры с руководствами вузов, и не только… Но меня попросили, мягко говоря, не смешить «наивными планами», толково объяснив, что Сибирь – это не Питер, и «круглых столов для переговоров здесь не производят». После мне был предложен план действий «более реальный». По возможности постараюсь передать его пафос и кратко перескажу суть, которая сводилась к следующей задумке. «В Красноярске четыре вуза готовят по PR (включая одно пригородное представительство). Хоть образование и не очень, но ничего, рады и тем считанным часам, которые дарят практики раз в полгода. Ради этого (!) «стоит». Около полтысячи студентов. По десять долларов с каждого хватит. Брать деньги со студентов не этично, да ну что! Ведь любое мероприятие оплачивает заказчик. Нам это надо. Веселее, друзья! По десять уе, да оплатим неделю региональным спонсором! Прокатим позором… вот только по кому? Да все равно! По вузам, у которых вечно нет ни интересов, ни денег, хотя берут по $500-700, а тои выше за обучение в полугодие, или по инициаторам-организаторам. В СМИ подзамутим шумок. Сами писать не будут, к тем десяти долларам еще в качестве дополнительного взноса по 50 центов на проплату дособираем… Конечно, анонимно, конечно! И заголовок напросился: «Сибирь в ауте». Звучит!»…

Вот он: «Еcce PR!» (лат.) Самый настоящий, черно-серый.
«Технологии бывают «законные - незаконные» - говорят юристы, есть «вредные - полезные», - верно замечает Ефим Островский. Сложнее разграничить на «черные-белые». Чернее этой задумки была недавняя избирательная кампания, ставшая причиной отмены результатов голосования на последних выборах в Красноярском крае. Этим было показало всей стране, как делаются подобные выборы. Это то, что рушит социальную стабильность, одновременно порождая всеобщее равнодушие; это то, что уже подкосило репутации профессий «PR» и «журналистика» перед нами же – вселенское «наплевать», дергающее зубами нитки из «общественной связности». И будто уже не жаль тех из нас, кто служит для ее воссоздания, для «уплотнения смысла» на зияющих местах. Нам уже не жаль самих себя. Исток первоначальной идеи был утерян, в висках пульсирует вопрос: а есть ли во всем этом вообще хоть какой-нибудь смысл? общие цели? взаимопонимание? сотрудничество? …то самое “со” в общении, которого не должно не быть! Где все это?

Провалом мероприятий в Сибири может быть выдернут целый пучок «нитей». Тогда она окажется еще дальше от столиц и от западных регионов. Единицы измерения на любой вкус: самое малое по ущербу – один год, самое большое – целое доверие.

Конечно, с каждым из нас остается наш свободный профессиональный выбор. Некоторыми из региональных специалистов края (нынешних и будущих) он сделан. Некоторыми из них еще не окончательно, но к тому идет. Я имею в виду ответ на вопрос «чему служить?», «каким целям посвятить свою профессиональную деятельность?». Еще не поздно пытаться «пооттягивать» назад спущенные вожжи, снова поискать брошенные идеи. Но верный момент, когда стоял выбор - бросать их или нет - был упущен. Мы еще раз печально убеждаемся, что разрознены, сами по себе и ничьи: даже сами не свои.

Бесхозный PR, названный «черным», отличает несколько особенностей: самородный, озлобленный и бесцельно жестокий. «Сибирь в ауте» - этакое баловство отмщением. Но кому и за что? Анти-PR, который даже на черный не тянет. Ведь у «черного» все же есть оправдание своей черной жестокости применяемых технологий по отношению к избирателям. С помощью «грязного пиара» «честные» политики и элитные партии на выборах не на равных соревнуются с криминалом! (Вспомним хотя бы пример одних из последних тоже красноярских выборов в Заксобрание, где в округе Вячеслав Новиков выиграл Пашу Цветомузыку). Мы сейчас наблюдаем новую тенденцию, когда Черный PR в последнее время начинает сравнивать себя с всего лишь безобидным инструментом, который можно использовать и для «белых» целей. Да не может быть такого! Если профессионалы предлагают определить «Public Relations», используя ключевое понятие «гармония», то методом от обратного можно попытаться определить и так называемый Черный PR. Это система действий, направленных на полную разгармонизацию взаимоотношений между их участниками. Полный PR-out. В большинстве своем такой PR и в российской политике. И, на наш взгляд, конечный итог, все равно окажется печальнее, чем краткосрочные промежуточные цели, хоть они и «белые».

Я еще раз задумываюсь о «сером прожекте» «Сибирь в ауте». Что же мы делаем? Кого мы «мочим», ребята? По цели вроде бы некого мочить, но так и получается, что себя в первую очередь. Примечательно то, что студенты сами своим опытом, еще не имея и года практики, доходят до понимания этого печального положения вещей… Вот нам и PR-образование. Истинно самостоятельное, черное практически, в прямом и переносном смысле.

И напоследок остается вопрос. Можно ли вообще что-нибудь изменить в сложившейся ситуации в области PR? Наверное, да. Я очень надеюсь, что уже многое изменено хотя бы тем, что статьи проекта «Сибирь…» не попадут в СМИ. Не потому, что денег не собрали. Отрадно, что среди студентов нашлись противники серой акции. Цель Контр-проекта – предупредить и убедить всех (и СМИ в том числе). Появление публикаций будет предупреждено освещением хода подготовки мероприятий PR-недели. Мы уже обозначили проблему, и приступаем к ее решению.

Хорошая новость: время проведения Первой студенческой PR-недели перенесли на конец месяца. Совет Представителей из студентов в сборе. Инициативу сразу поддержала достаточно молодая студенческая коллегия будущих специалистов в области развития общественных связей PROMPT.

Мы еще успеем!

ЖУРНАЛИСТСКАЯ СПРАВКА: В Сибирском регионе 13 вузов, имеющих PR-специальности, в которых обучается около 7000 студентов, включая смежные специальности «журналистка», «реклама» и «менеджмент».